Открыт набор
на 2020-2021 учебный год
Скидки до 20% от школ партнеров

У современного российского образования нет ни заказчика, ни цели

Проблемы, имеющиеся в российской системе образования, в последнее время все чаще обсуждаются отдельными блоками: ЕГЭ, коммерциализация, двухуровневая система в ВУЗе. Однако, по мнению экспертов, суть происходящего в данной отрасли намного шире: в отличие от советского, нынешнее образование не имеет ни конкретного заказчика, ни четких целей. Мыслями о положении, в котором оказалась отечественная образовательная система, эксперты поделились в Общественной палате Российской Федерации.

У современного российского образования нет ни заказчика, ни цели

Заместитель декана по учебной работе философского факультета МГУ им. Ломоносова Елена Брызгалкина заметила, что говорить о ценностях образования в условиях, когда финансирование выделяется в зависимости от количества учащихся, а система оценки педагогического труда, заставляет учителей отговаривать «слабых» школьников сдавать государственный экзамен по своему предмету для того, чтобы «не испортить статистику», довольно затруднительно.

Эксперт считает, что одной из проблем современной системы является то, что сам педагогический процесс, выпадает из внимания реформаторов. Все, что связано с педагогическим действием, а это – качество и объем проведенных занятий, в основополагающих документах практически не фигурирует – акцент ставится на результативность и публикационную активность,  прежде всего, научную.

Г-жа Брызгалкина убеждена в необходимости обсуждения механизмов выработки  различных критериев оценивания преподавателей. По мнению эксперта, не стоит устанавливать единую для всех планку. Она подчеркнула, что среди педагогов немало тех, которые могут прекрасно владеть вниманием аудитории, но, по сути, они выступают «скорее говорящими философами, чем пишущими».

По словам Татьяны Усиловской, замдиректора православной школы, сегодня на учителя возлагаются такие надежды, которые он, в целом, не может реализовать. К примеру, сегодня педагоги обязаны выработать «свои» образовательные программы. Для этого учителя отправляются за помощью в интернет, ищут несколько вариантов программ и копируют найденные тексты. При этом каждый учитель имеет минимум 3 параллели, что заставляет его «создавать» 3 программы, объемом не менее 70 страниц. Таким образом, учителя тратят свое время на переписывание чужой программы.

На этом трудности не заканчиваются: ведь в соответствии с новым федеральным стандартом для российских учителей им предстоит научиться ставить цели на каждый урок: для себя и своих учащихся. К тому же от учителей потребуется описать результаты по каждому уроку по трем уровням: предметные, личностные и межпредметные.

Елена Брызгалкина добавила, что согласно документу, каждый педагог обязан уметь работать со всеми категориями учеников: одаренными ребятами, инвалидами, школьниками, имеющими отставание в развитии и детьми иммигрантов. Эксперт выразил сомнение, что в стране вряд ли найдется и сотня педагогов широкого профиля, которые будут готовы работать с детьми всех категорий одинаково хорошо.

Эксперты акцентировали внимание на том, что за многочисленными деталями не видно цели образовательного процесса. По словам Брызгалкиной, федеральные стандарты образования выглядят весьма размытыми и слабо соотносятся с реальностью. В качестве примера она привела пример образовательного стандарта МГУ, в котором сказано, что выпускник должен испытывать обоснованную гордость за то, что он обучается в одном из ведущих университетов. Как при этом оценить обоснованность – не сообщается. Эксперт добавила, что федеральные образовательные стандарты также переполнены высокопарными фразами, которые не соотносятся с повседневной работой. Далеко не для каждой цели, которые прописаны в документах, существуют реальные механизмы оценивания результатов. К тому же, непонятно, кто должен давать оценку достижения и достижимости таких компетенций.

Член правления Лиги образования Михаил Кушнир заметил, что в советской школе все было понятно с управленческой точки зрения: существовал заказ на образование со стороны государства, и оно, при этом, само выстраивало систему под конкретные задачи. Сегодня же государство выступает скорее как надсмотрщик, а не как заказчик. А если нет заказчика, то и любая система измерения качества становится профанацией.

По словам Кушнира, очевидным является тот факт, что составители стратегических для отрасли документов не представляли для себя никаких конкретных целей. Все это – только лишь процедурные условия функционирования системы, и не более. Он заметил, что образовательная система, выстраиваемая на протяжении нескольких столетий, к середине прошлого века выполнила свою задачу. Это произошло незаметно, и теперь происходят попытки процедурными, а не системными методами подтянуть систему образования под потребности общества, не до конца их сформулировав. Между тем, для начала необходимо разобраться, кого и зачем сейчас обучают образовательные заведения, и только потом определять, как это делать.